Владимир Фесенко: “Контрнаступление Зеленского. Что изменилось в 2021 году”
FT Montage/AFP/Getty/EPA
В текущем году президент перешел в контрнаступление (по сравнению с прошлым годом). И санкции СНБО, и закон об олигархах, и кадровые изменения (особенно два — увольнение Арсена Авакова и Дмитрия Разумкова) показали усиление влияния президента Владимира Зеленского и его офиса. Хотя есть для них и проблема: они втянуться в ряд разных конфликтов — начали войны на разных фронтах. На мой взгляд, это ошибка и это для них опасно.
Относительно одной из них — подозрения в государственной измене Петру Порошенко — не ожидаю скорого приговора. Вокруг этого дела напряжение будет. Но рассмотрение дела растянется минимум на два года (до президентских выборов), а дальше — зависит от результата выборов.
О самом деле. Формулировка «государственная измена» звучит драматично, но на самом деле речь идет о серьезных вещах, с которыми нужно разобраться (я уже не говорю о теме морали). Речь идет об сделках с ОРДЛО. Можно или нельзя? Кто дал на это согласие? Кто несет ответственность за произошедшее? Если скажут, что тогда никто никаких нарушений не совершал, что это значит? А это значит, что можно выстраивать легальные или полуофициальные отношения с ОРДЛО. А это то, что от нас хотят в Москве. Я уже не говорю о теме морали: та сделка была во время штурма Донецкого аэропорта и обострения боевых действий на Донбассе, когда гибли наши бойцы, и в то же время чиновники договаривались о покупке угля у тех же сепаратистов, причем за наличные деньги. Этот « кэш» скорее всего частично, как минимум, уходил на оплату тех же боевиков. Вот где проблема. Поэтому разобраться нужно обязательно. Главное — четко определить красные линии, что можно, чего нельзя делать в отношениях с ОРДЛО.
Теперь — о законе об олигархах. Советую всем: читайте первоисточник. Закон начнет действовать в мае 2022 года. Пока речь идет об анонсе борьбы с олигархами. Хотя борьба уже началась в начале года — фактически с двумя политическими олигархами. Это Виктор Медведчук и Петр Порошенко. А осенью главный олигарх страны — Ринат Ахметов — не довольный тем, что принял этот закон и еще и уволили Разумкова, начал информвойну против президента. Это новая тенденция. Раньше такого не было, чтобы Ахметов воевал с президентом. И началось это скорее не по инициативе Зеленского, а по инициативе Ахметова. Но в результате этого закона. Поэтому одним из главных политических водоразделов в следующем году — как раз будет по закону об олигархах. Будут серьезные бои в судах. Будут обжаловать и сам закон, и конкретные решения по реестру олигархов. А президентская команда попытается поставить под контроль олигархов.
Что нужно понимать: это не закон на уничтожение олигархов, скорее, о контроле над олигархами и стимуле, чтобы они уходили из политики. Думаю, что скоро это не произойдет, но будет усиление антиолигархической политики, в том числе и потому, что на этом настаивают наши европейские партнеры. В итоговом документе Саммита Украина-ЕС в октябре этого года был тезис об усилении антиолигархической политики.
Как это усиление будет происходить? Думаю, сейчас нужно заняться всерьез антимонопольным законодательством. Возможно, будут какие-то ограничения в медийной сфере, потому что здесь президентская команда точно проигрывает всем олигархам, которые контролируют более 90% медиапространства.
Что касается громких расследований и их влияния. Начнем с Вагнергейта. Оно повлияло информационно существенно. Заставило нервничать президентскую команду (это мы увидели на пресс-конференции Зеленского). Но парадокс: на рейтинги Зеленского и его оппонентов это практически не повлияло. Вот где негативное последствие для президента — возросла контрастность. Те, кто его не любил, сейчас его ненавидят. Это большая проблема в нашем политикуме в целом. Мы видим усиление контрастности взаимного невосприятия, и это очень грустно. Потому что сторонники Зеленского и Порошенко, по данным социологии, имеют практически одинаковые ценности — в отношении европейской интеграции, России, необходимости модернизации страны, но эти два лагеря относятся друг к другу очень негативно, критически из-за своих лидеров.
Pandora papers. Как быстро забыли PanamaGate (то дело касалось президент Порошенко), так и влияние Pandora papers оказалось значительно меньше, чем расследование Bellingcat о «вагнеровцах». Хотя именно тема офшоров остается актуальной. Однако, по моему мнению, позитив в том, что еще до этого расследования Верховная Рада проголосовала закон, запрещающий оффшорные комбинации. Другое дело — как это будет работать. Кстати, инициировали этот закон Слуги народа. Если шаг за шагом будет уменьшаться оффшорная зависимость нашего бизнеса, это будет хорошо.
Относительно судьбы монобольшинства. Коалиция с группами, а не фракциями, по нашей Конституции, невозможна. Коалицию могут создавать только фракции политпартий, преодолевших 5% барьер. Что происходило в этом году? Если сравнить дисциплину голосований Слуги народа с началом года и сейчас, то в начале года она была хуже. В прошлом году голосовали еще хуже. Но проблема сейчас возникла, поскольку уволили Разумкова, он создал свое межфракционное объединение, то туда перешли полтора десятка слуг народа. Плюс всегда было «болото» — колеблющиеся депутаты. И сегодня стойкие дисциплинированные голоса — это 210-215 Слуг народа. Де-юре в большинстве — 243 депутата. И если Ахметов (а об этом есть слухи) не станет перекупать депутатов-мажоритарщиков (которые могут выйти из фракции, списочники — нет), то рисков не будет. Юридически монобольшинство будет сохраняться. Де-факто же недостаток голосов компенсируют сотрудничеством с мажоритарщиками, а последние всегда сотрудничают с действующей властью.
Источник: НВ
